Тридцать лет без Талькова

«Песни гражданского содержания — мой метод борьбы с несправедливостью, ложью, злом, и, несмотря ни на какие препятствия, я буду бороться до конца. Я знаю, люди слышат меня, я вижу реакцию на праведный гнев за Русскую землю в их глазах и чувствую поддержку миллионов рук» (из книги Игоря Талькова «Монолог»)

6 октября исполнится тридцать лет со дня трагической гибели поэта и композитора Игоря Талькова. Его жизнь оборвалась 6 октября 1991 года от выстрела в сердце за кулисами Дворца спорта «Юбилейный» в Санкт–Петербурге… Музыкальное творчество Талькова принято определять на стыке поп– и рок–музыки и авторской песни. Именно от последнего — бардовского — жанра, в котором текст, поэзия безусловно превалирует над музыкой, Игоря Талькова часто называют «социальным» или «гражданским» певцом. В его глубоко патриотической музыке позднего периода зрители слышали переживания за свою Родину, предостережения властителям и рядовым гражданам. С высоты изученного годами исторического материала Тальков говорил с ними о развитии и падении России, о трагедии 1917 года и последующих десятилетий советской власти, о переломе 1991 года и о том, что нас ждет…


Музыка, хоккей, театр


Игорь Тальков происходил из дворянского рода. В частности, его дяди служили офицерами Царской армии, а дед был потомственным казаком. Но сам певец не считал себя дворянином, утверждая, что «дворянин — это не только кровь, это еще воспитание».

Родители Талькова были репрессированы и познакомились в лагере в Кемеровской области, где у них родился первый сын Владимир (старший брат Игоря). После реабилитации семью отправили в Тульскую область с запретом куда–то переезжать — и в тех краях 4 ноября 1956 года на свет появился Игорь.

В его жизни все основные этапные события случались очень рано. Например, влюбился первый раз Тальков в четыре года. Тоже самое было и с музыкой — с самого детства его могли видеть играющим на стиральной доске, железных тарелках и кастрюлях. Позже родители отдали Игоря в музыкальную школу по классу баяна, в старшей школе он играл на гитаре и фортепиано, а потом самостоятельно освоил бас–гитару, скрипку и барабаны.

Из школьных предметов ему нравились литература, история и география, а математика и физика были нелюбимыми уроками. Любовь к истории Игорю привил отец, и в будущем именно это увлечение фундаментальным образом отразится на его музыкальном и, прежде всего, поэтическом творчестве.

Помимо музыки, в жизни Талькова был еще хоккей и увлечение театром. Он даже пробовал покорить Москву, поступить в школу ЦСКА или «Динамо», пытался стать студентом театрального училища — но в обоих случаях потерпел неудачу.

Будто сама судьба уводила из его жизни все, что мешало музыкальному пути.


От нотной грамоты до критики Брежнева


В 1972 году, в шестнадцать лет, Игорь Тальков собрал свою первую группу. Тогда же начал писать собственные песни. Помузицировав и приняв решение стать профессиональным эстрадным певцом, он приехал в Тулу, где стал вокалистом одного местного ансамбля и сразу же столкнулся с фундаментальной проблемой незнания нотной грамоты (в музыкальной школе он ее почему–то не выучил). Впрочем, благодаря чудовищной работоспособности Тальков восполнил этот пробел всего за одно лето.

Его брат Владимир впоследствии так вспоминал свои первые впечатления от прослушивания Игоря:

«Он быстро вошел в структуру музыкальной жизни и молниеносно приобрел популярность в Туле. Когда я пришел из армии, то увидел потрясающую картину. Если бы мне кто–нибудь сказал, что это Игорь выступает, я бы не поверил этому никогда. Но не мог ведь я не поверить своим глазам и своим ушам. Игорь запел. И достаточно хорошо. У него был своеобразный голос, отличающий его от остальных певцов: хриплый, но душевный, очень проникновенный».

Кстати, по поводу голоса. В своих воспоминаниях Ольга Талькова, мать Игоря, рассказала, как однажды в детстве он сорвал себе голос, после чего тот стал хриплым. Сходив к врачу, Игорь узнал, что болен хроническим ларингитом. В связи с этим он делал специальную дыхательную гимнастику, что через некоторое время помогло ему снова разработать голос, но всё же в будущем после концертов Тальков иногда совсем не мог говорить.

В детстве Игорь Тальков, как и почти все советские дети, верил в коммунизм, и родители не хотели его переубеждать. Однажды, когда его мать высказала своё недовольство правлением Леонида Брежнева, он сказал, что уйдёт из дома, если подобное произойдёт ещё раз. Однако прошло немногим больше десяти лет, и в 1975 году (в девятнадцать лет) Тальков во время концерта на одной из площадей в Туле сам публично раскритиковал политику бессменного генсека Леонида Ильича.

Реакция последовала самая неприятная. Ему грозил суд — и далее если не тюрьма, то психбольница. Выручил товарищ по музыкальной группе Анатолий Кондратьев, известный в Туле велогонщик, которого прекрасно знали и любили. Он решительно вступился за Талькова, и до суда дело не дошло. Ограничились тем, что Игоря, которому как раз подошел срок идти в армию, отправили в стройбат, куда сплавляли в те годы многих «неблагона­дежных интеллигентов». И даже там Тальков умудрился собрать группу, репетировать и выступать перед солдатами.


Адская машина Ленина


После армейской службы Игорь Тальков начал выступать на профессиональной сцене. Ездил на гастроли по маленьким городам с группами «Апрель» и «Калейдоскоп». Тогда же начал писать так называемые социальные песни (не те лирические, с которыми позже изначально станет известен самой широкой публике).

В 1980 году 1–й секретарь правления ленинградского отделения Союза писателей Анатолий Чепуров предложил Талькову «творческий союз»: писать музыку на сочинённые Чепуровым стихи (среди которых были такие: «Нам была во всех делах опорой Партия, та стальная армия, в которой мы теперь бойцами состоим», «Великий Ленин всходит на броневик», «Умер Ленин — самый человечный человек»), а затем исполнять эти песни на центральном телевидении. От предложения Игорь Тальков отказался по принципиальным убеждениям, так как по его собственным словам не хотел идти «на компромисс со своей совестью».

О роли Ленина в истории Тальков впоследствии напишет в своей книге «Монолог» (впервые будет издана в 1992 году, уже после гибели автора тиражом 200 тысяч экземпляров). Он был убеждён, что в своё время Ленину был дан приказ развалить Российскую империю:

«Я еще не понял почему, но уверен, что в 17–м году над Россией взошла Люциферова звезда, и дьявол начал править бал на Русской земле. Все наши властители, начиная с Ленина, безусловно, его слуги. <…> 58–я статья, которая косила всех и вся, превращала людей в зверей, в животных, заставляющая сына предавать отца, отца — сына, брата — убивать брата, придумана Лениным и, видимо подсказана ему силами зла, дабы уничтожить человечество. Разрушение храмов — Божьих обителей привело к утверждению и беспределу Люцифера. Указы об уничтожении храмов тоже сочинялись Лениным. <…> Запустив адскую машину, Ленин сделал свое дело и был устранен теми же силами, которые его привели к власти, силами зла. После него рулевыми этой адской машины назначались его приспешники, люди его окружения, которые и довершили, почти, дело начатое им».

Тогда же, в 1980 году директор клуба «Наука» в Москве пригласил Талькова выступить на дискотеке. Здесь он прочитал свою трилогию «Дед Егор», фабулу которой определил так: «Старый большевик попал в опалу, запил и «прозрел». Смотрит он из окна на улицу, на людей и рассуждает о границах, о своих и чужих, о том, что все ощущают боль одинаково, одинаково радуются. У всех одна голова и пять пальцев на руке, а мы всё стараемся разделиться, размежеваться». После этого выступления директора клуба уволили, а музыканта не приглашали выступать на дискотеках.

Ольга Дубовицкая, составитель книги «Монолог»:

— Игорь был убеждён, что существует нечто, которое обладает властью над властью, это закон над законом, это категория людей, у которых в руках весь капитал, которым нужно подчинить себе каждую часть Земного шара. И эти люди в каждой части Земного шара определяют того прокуратора, который этой частью владеет, чтобы делать то, что для них удобно.

Игорь был убеждён, что в своё время Ленину был дан приказ развалить Российскую империю. Почему? Потому что это опасный народ, который очень трудно подчинить себе, по сути, по природным корням, по природе русской души, что это народ, который меньше верит политикам и больше поэтам. Именно поэтому он считал, поэты и убирались первыми. Потому что действительно, выйди к народу поэт или политик… люди всё–таки скорее поверят поэту.


Апогей разочарования


Когда Тальков работал в Сочи бас–гитаристом в варьете ресторана «Жемчужина» (вокалистом которого был известный в то время Александр Барыкин), он познакомился с испанским певцом Митчеллом, пригласившим его поиграть в своем оркестре на бас–гитаре. Так Тальков получил возможность год гастролировать на лучших площадках всего Советского Союза и даже записать пластинку. После этого он уже работал в лучших ресторанах Сочи и Москвы, выходил на сцену с самыми известными музыкантами и группами того времени, такими, как «Песняры» или «Веселые ребята».

Впрочем, очень скоро Тальков отказался от подобных выступлений. В ресторанах приходилось петь «на заказ», перед жующей, пьющей публикой, и певцу это казалось унизительным.

В 1984 году Игорь Тальков познакомился с певицей Людмилой Сенчиной и некоторое время играл в группе, которая сопровождала ее выступления. Параллельно работал аранжировщиком у Стаса Намина и сам много писал. А также продолжал многолетнее изучение истории России, и, в частности, событий 1917 года. Изучал по материалам, которыми снабжали его соратники, и которые самостоятельно разыскивал в архивах и библиотеках. Для этого обязательно выделял минимум два часа в день. В доме Талькова собралось немало российских и зарубежных исторических мемуаров, воспоминаний, исследований, статистических данных.

Год спустя, в 1985–м, в жизни Талькова наступил «апогей разочарования». Он окончательно потерял веру и надежду в то, что однажды сможет «пробить» непробиваемую стену худсоветов, категорически отвергавших его социальные песни и не дававших выступать с ними на публике.

В одном из интервью с поэтом–песенником Леонидом Дербеневым Игорь Тальков признался, что его надежда жила долгих пятнадцать лет, но в конце концов умерла:

«Апогей разочарования в том, что я делаю, нужно ли это кому–нибудь и смогу ли я это выразить когда–либо, наступил в 1985 году. Я тогда сел и сам с собой провел беседу: «Игорь, ты написал достаточно много песен. Зачем ты пишешь дальше? Ведь и десятой части написанного ты не можешь выразить. И перспективы выразить это тоже нет никакой». Тогда я решил уйти просто в такси… Это был момент полного разочарования. И себе просто мужественно сказал: «Все, хватит».

Тальков не мог работать с популярными артистами на втором плане, не мог им аккомпанировать, потому что мучительно переживал такую роль второго плана при имеющемся багаже своих песен. Про выступления в ресторане речи уже тоже не шло.


Трудности «нелирического» Талькова


Довелось ли музыканту покрутить баранку, история умалчивает. В 1986 году гуру советской эстрады Давид Тухманов пригласил Игоря Талькова в качестве аранжировщика в свою группу «Электроклуб», в которой тогда пела уже известная Ирина Аллегрова. Тальков согласился, по собственным словам, в том числе и из личных интересов — думал, что Тухманов поможет ему пробиться на эстраду с собственными песнями. Но этого не произошло. Исполнять сольное творчество в авторском концерте Тухманова было совсем не комильфо, а заниматься параллельно «Электроклубом» и собственными социальными песнями просто не хватало времени — Тальков буквально жил с синтезатором, не расставаясь с ним даже во сне.

«Человек, пишущий сам, по большей части не любит исполнять чужие песни, — вспоминала Ирина Аллегрова время их совместной работы. — Но был такой период. Это надо было сделать. И потом, простите меня, но композитор Тухманов — это такая величина, что петь его песни было за честь для нас. Но Тальков продолжал творить сам и, мне кажется, свое творчество ему было интереснее. Хотя песню, с которой его все узнали — «Чистые пруды» — он пел всегда с удовольствием, а это песня Тухманова».

Интересно, что «Чистые пруды» стали шлягером лишь год спустя после того, как Тальков покинул «Электроклуб». И, наверное, он сильно удивился, когда однажды ему позвонили и пригласили спеть ее на «Песне года», главном музыкальном шоу Советского Союза. На следующий день после выступления Игорь Тальков проснулся знаменитым на всю страну. Знаменитым лирическим музыкантом. Никто из зрителей даже и не подозревал, что лирика — вовсе не главный «конек» творчества Талькова.

«После того, как в 1987 году песня «Чистые пруды» стала шлягером, для меня была открыта зеленая улица в плане исполнения чужих лирических песен. И я мог бы уже давно жить безбедно, не имея никакой головной боли, никаких препятствий, препонов, ненужных разговоров с власть имущими людьми. Но я избрал другой путь», — пояснял Тальков.

Вскоре после нашумевшей премьеры он ушел из «Электроклуба» и создал собственную группу, которую назвал как одну из своих песен — «Спасательный круг». Почти сразу группа отправилась на гастроли по Союзу с программой из двух частей: лирической и социальной (песен гражданского содержания). И многие зрители поначалу не поняли другого, «нелирического» Талькова:

«Мне закатывали скандалы, приходили в гримерку и скандалили: «Мы пришли посмотреть на Талькова — белого лебедя с аккордеоном, а вы нам такой перестроились: «ублюдки», «во мгновение ока», «и пока они у трона — грош цена всем нам» [отрывки из песен композитора — авт.]».

Ирина Аллегрова:

— Какое было бы счастье, если бы он сейчас был жив. Настолько все свежо… Такая личность, как он, во–первых, не забывается. Во–вторых, такой личности не хватает. Когда ты уже хорошо знал человека, трудно поверить, что его нет, сколько бы лет не прошло. Что было бы сейчас? Я думаю, он продолжал бы расти, и расти упорно, только в том ключе, в котором он сам считал нужным. Большой талант останавливаться не может. Я думаю, что было бы только лучше и лучше, неожиданнее и неожиданнее. Пишущему артисту всегда есть, что сказать.


«Я тщетно силился понять…»


Игорю Талькову постоянно казалось, что он не может высказаться до конца в своих концертах, поэтому выступления на сцене перерастали порой в митинги, полемики, а иногда даже лекции. К примеру, в Свердловске в 1988 году на одном из концертов шеститысячная аудитория, заполнившая Дворец спорта, полтора часа слушала, как Тальков рассказывал о 30–летнем правлении Екатерины II, хотя зрители ждали от него песен.

В 1989 году Игорь Тальков за одну ночь («за два часа, мгновенно, не исправляя ни одного строчки, как будто моей рукой кто–то писал») написал социальную рок–балладу «Россия», в которой высказал все свое отношение к событиям 1917 года.

«Я действительно тщетно силился понять в то время, когда писал «Россию», как такая могучая держава с высокими культурным и экономическим потенциалами, с образцовой армией, одной из лучших армий мира, во главе которой стояли настоящие офицеры, для которых понятия долга, чести и отечества были превыше всего, истинная русская интеллигенция, пронизанная глубокой духовной и врожденной культурой, как такая держава смогла себя отдать на растерзание вандалам, — писал позже Тальков в «Монологе». — Но прошли годы после «России», к моменту написания которой я шел десятилетия, задавая себе один и тот же вопрос: как смогла отдать? Почему?! И я нашел ответ. Контакт с Космосом, который я постоянно ощущаю, и общение с истинными, а не ложными священнослужителями привели меня к прозрению, Люцифер, или Сатана, или просто Злые Силы, название не играет роли, поймали русских православных интеллигентов, в т.ч. и боевых генералов, и даже самого монарха, которого мир возвел в ранг Святого, на одной — единственной заповеди, приписываемой Христу, которая ему на самом деле не принадлежит, «непротивление злу насилием».

Первым, кто осмелился показать «Россию» (между прочим, считавшуюся властями криминальной) на всю страну в эфире центрального телевидения, стал Владимир Молчанов, создатель и ведущий программы «До и после полуночи». Рискуя потерять работу, наживая себе массу неприятностей, Молчанов «откупорил» социального Талькова, после чего осмелели и другие телевизионщики: «Песня года», «Утренняя почта», «Ступень к Парнасу».

И Тальков заговорил на всю страну, заговорил, наконец, о том, что считал важным и главным в своем творчестве — о России, ее судьбе, прошлом, настоящем и будущем.

«Я имею материалы, я их давно собираю и занимаюсь историей нашего государства достаточно серьезно и давно. И я обладаю такими материалами, которые на сегодняшний день не могут быть опубликованы в центральной прессе. Но, думаю, настанет такое время, когда они будут публиковаться, и народ узнает полную правду», — рассказывал Игорь Тальков в интервью Леониду Дербеневу.


То ли будем в КПЗ сидеть, то ли будем в шоколаде


К 1990 году Тальков вышел на пик своей популярности. Тогда же он написал еще две хрестоматийные песни: философскую рок–балладу «Я вернусь» и социальную «Бывший подъесаул», в которых продолжил обобщать собственные взгляды на исторический путь России и говорить запрещенную тогда правду, выступая против КПСС.

Весной и летом 1991 года Тальков с группой «Спасательный круг» демонстрировал на многих концертных площадках СССР свою концептуальную концертную программу «Суд», куда вошли его наиболее острые социальные и лирические песни. Программа представляла собой суд над организаторами Октябрьской революции 1917 года и всеми последующими правителями Советского государства, которые, как считал Тальков, превратили Россию в одну из самых отсталых стран планеты и сырьевую базу развитых капиталистических стран.

Досталось от Талькова и президенту Ельцину. В сентябре 1991 года, уже после августовского путча, в своей последней песне «Господин президент» Игорь Тальков не просто задавал вопросы Борису Ельцину, он фактически обвинял его в том, что его оппонент прИступник Горбачев — по левое плечо на съезде, что «старый волк КПСС в овечью шкуру влез», что лысый [Ленин — авт.] в мавзолее, что по сути в стране ничего не изменилось.

«Это своеобразное письмо президенту Ельцину. Я отправил ему эту песню, передал через его врача. Сегодня он ее послушает, завтра будем думать, как дальше жить — то ли будем в КПЗ сидеть, то ли будем в шоколаде и поймем, кто есть кто», — вот так не без дерзости анонсировал Тальков исполнение песни «Господин президент» на одном из концертов.

На следующий, 1992 год у Игоря Талькова были грандиозные планы: помимо записи новых альбомов на социальную тематику, он планировал снять свой собственный документальный фильм, создать свою редакцию, журнал, газету… Ничему этому сбыться было не суждено — 6 октября 1991 года во Дворце спорта «Юбилейный» в Санкт–Петербурге во время сборного концерта звёзд советской эстрады Игорь Тальков был убит выстрелом из пистолета.


Тридцать лет спустя


Это убийство до сих пор является самым громким и самым загадочным в истории российского шоу–бизнеса. В причастности к нему в разное время подозревали не только отдельных людей, но и целые структуры. С преступлением связывали, например, одну из националистических организаций: была версия, что ее участники решили устранить певца, чтобы потом создать из него образ пострадавшего за правду патриота.

Связывали с убийством Талькова и определенные силы. «Он считал, что у Горбачёва было задание от той же верхушки, которой он служит, развалить Союз, что Горбачёв с успехом и исполнил, — рассказывала составитель книги «Монолог» Ольга Дубовицкая. — И его подняли по иерархической лестнице, той власти, которая над властью. В последние дни он разочарован был в Ельцине, он не утверждал, не говорил того, что у Ельцина задача развалить Россию, но предполагал, что это именно так. В итоге он пришёл к выводу, что ничего хорошего нас не ждёт».

Официально следствие обвинило в убийстве по неосторожности концертного директора Талькова Валерия Шляфмана, которого разыскивают уже почти тридцать лет — в феврале 1992 года он уехал в Израиль и сменил фамилию. В 1993 году уголовное дело было приостановлено, а в ноябре 2018 года Следственный комитет возобновил его расследование после выхода нового федерального закона, по которому человека, который скрывается от следствия, можно не «доставать» из–за границы, а вести судебные действия без его присутствия и заочно его осудить.

«Двадцать семь лет назад подозреваемый в убийстве был назван, но он скрылся за границей, и в связи с этим дело было приостановлено. А теперь оно будет возобновляться», — пояснила в 2018–м журналистам пресс–секретарь вдовы певца Ирина Красильникова.

Других новостей по этому уголовному делу до настоящего времени нет. И все меньше шансов узнать, в чьей же именно голове родился преступный план по ликвидации «неудобного» Игоря Талькова, поэта и музыканта, жившего только своей работой и желавшего каждому из нас найти свой спасательный круг в жизни:

«То, что происходит до сцены и после сцены — это суета. Жизнь происходит только на сцене. И это мой спасательный круг…»

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите CTRL+ENTER
Мы будем Вам благодарны!

407732407732






Комментировать



Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: