Запрет иностранных слов в России полный разбор нового закона

Что означает “запрет иностранных слов в России” и при чём тут 168-ФЗ?

Так называемый “запрет англицизмов” — это не тотальный запрет иностранных слов, а требование обеспечить приоритет русского языка в информации для потребителей в публичной среде. С 1 марта 2026 года ряд видов публичной информации должен быть выполнен на русском, а иностранный текст допускается как дубль при соблюдении правил.

На практике это означает: если у вас на фасаде “Coffee / Shop / Sale”, в меню “Combo / Special”, на табличке “Open”, а на сайте кнопки “Buy now” и “Delivery” — теперь важно, какой это тип информации и есть ли русский эквивалент. Закон закрепляет не эстетические предпочтения, а право потребителя на понятную и доступную информацию, из-за чего требования “приземлены” на сферу защиты прав потребителей.

При этом полностью иностранные слова “не исчезают”: во многих ситуациях допустимы дублирование, использование зарегистрированных товарных знаков и другие исключения. Ошибки чаще всего возникают не из-за одного слова, а из-за массовости носителей (десятки точек, сотни страниц, тысячи карточек) и неверной квалификации “это реклама или не реклама”. Поэтому для бизнеса это задача комплаенса: быстро определить зоны риска и привести их к понятному стандарту.

Статья написана по материалам разработчиков сервиса проверки сайтов на запрещённые слова Белинский.

С какого числа действуют требования и что поменялось с 1 марта 2026 года?

Ключевая дата — 1 марта 2026 года: именно с этого дня вступают в силу изменения, внесённые Федеральным законом от 24.06.2025 № 168-ФЗ. Он, в частности, ввёл новую норму о “публичной информации для потребителей” и связал её с правилами использования государственного языка.

Главное изменение — появление формализованного понятия “информация, предназначенная для публичного ознакомления потребителей”, для которой русский язык становится обязательной базой, а другие языки могут быть только дополнением при равнозначном оформлении. Это расширяет привычную логику “информация о продавце/товаре” и затрагивает больше носителей: вывески, указатели, таблички и часть онлайн-контента, если он является публичной информацией для потребителя.

Важно и то, что изменения “привязаны” к существующим механизмам контроля и ответственности: отдельной “новой статьи КоАП про англицизмы” не появилось, но применяются нормы о нарушении права потребителя на информацию.

Какие законы связаны между собой: 168-ФЗ, 53-ФЗ и закон о защите прав потребителей?

Связка выглядит так: 168-ФЗ внёс изменения в отдельные акты, а “языковой” принцип опирается на 53-ФЗ “О государственном языке РФ” и конкретизируется через закон о защите прав потребителей (в части публичной информации).

В законе о защите прав потребителей появилась статья/норма, которая описывает, что такое публичная информация для потребителя, где она размещается и какие носители охватывает (вывески, таблички, указатели, внешние поверхности и т. п.). А 53-ФЗ задаёт общий принцип: если используется государственный язык, то при дублировании на других языках требуется идентичность содержания и равнозначность оформления — этот принцип прямо “подтягивается” в требования к публичной информации.

Из-за такой связки “запрет иностранных слов” юридически корректнее воспринимать как: обязательный русский + правила дублирования, а не как охоту на любое заимствование. Это помогает сразу правильно спроектировать решение: не “вычистить всё английское”, а классифицировать носители и привести тексты к стандарту.

Что считается “информацией, предназначенной для публичного ознакомления потребителей”?

Это информация, которая размещается в общедоступных местах или доводится до неопределённого круга потребителей с помощью вывесок и других носителей и при этом не является рекламой. В законе перечислены типовые носители и логика их размещения.

Ключевой практический смысл определения: если человек “просто проходит мимо” или “заходит на сайт” и видит информационный текст до покупки — это часто попадает в поле “публичной информации”. Поэтому бизнесу важно не спорить о терминах, а составить перечень носителей: фасад, витрина, навигация, меню, экран в точке, разделы сайта, витрины приложений. Дальше вы проверяете: есть ли русский текст, корректно ли дублируется иностранный и не выглядит ли это рекламой.

Входит ли сюда вывеска, табличка, указатель, меню и ценники?

Да: вывески, таблички, указатели и многие “инфо-носители” в местах обслуживания прямо фигурируют в описании публичной информации (как вывески и иные средства размещения информации — надписи, указатели, внешние поверхности, информационные таблички, знаки и конструкции).

Меню и ценники на практике обычно рассматриваются как информация для потребителя в месте оказания услуги/продажи: покупатель должен понимать, что именно ему предлагают и на каких условиях. Из-за этого “Special / Combo / Size / Add-on” без русского эквивалента становятся риск-зоной — особенно если это основной способ донесения смысла. Важно, что требование не запрещает иностранный язык полностью: оно требует, чтобы русский вариант был основным или как минимум равнозначным и понятным.

Если у вас много точек, типовой риск — “в одной точке перевели, в другой забыли” или “перевод сделали мелким вторым шрифтом”. Поэтому оптимальная стратегия — шаблоны: один стандарт меню/ценников/табличек и контроль макетов перед печатью.

Распространяется ли требование на сайты и мобильные приложения?

В ряде разъяснений и обзоров подчёркивается, что изменения затрагивают и онлайн-среду, когда контент выполняет роль публичной информации для потребителя (например, сведения, которые доводятся до неопределённого круга лиц через сайт/приложение в рамках обслуживания).

Практическое правило: если это публичная витрина бренда/услуги (главная, раздел услуг, условия, навигация, кнопки, баннеры) — там риск выше, чем в закрытых технических элементах или внутренней переписке. При этом некоторые площадки и участники рынка отдельно уточняют, что не всё “в интернете” автоматически попадает под новые требования: важно назначение контента и его роль в информировании потребителя.

Чтобы не уйти в крайности, используйте матрицу: страница/элемент → публичный доступ? → информирует потребителя? → основной смысл на русском? → иностранный текст — дубль/исключение?. Так вы быстро находите то, что реально требует правки: кнопки “Buy/Order”, баннеры “Sale”, заголовки “Delivery”, пункты меню “About/Services” и т. п.

Какие слова считаются “иностранными” и как понять, можно ли их использовать?

Критически важно не гадать “англицизм это или нет”, а опираться на две проверки: есть ли общеупотребительный русский аналог и как слово фиксируется в нормативных словарях. Официальный перечень нормативных словарей утверждён государством, и именно он используется как ориентир нормы.

На практике большинство конфликтных слов — не “термины науки”, а маркетинговые маркеры: sale, shop, open, beauty, kids, outlet, coffee, lounge и подобные. Они почти всегда имеют понятные русские аналоги (распродажа, магазин, открыто, красота/салон, дети, дисконт, кофе/кофейня, лаунж/зона отдыха), поэтому их безопаснее либо заменить, либо дублировать корректно. Самый частый провал — попытка обойти перевод транслитерацией.

Как работают нормативные словари и почему “нет в словаре” — важный сигнал?

Официальный список нормативных словарей закрепляет нормы современного русского литературного языка при использовании его как государственного. В этот перечень входят, в частности, орфографический и орфоэпический словари “русского языка как государственного”, словарь иностранных слов и толковый словарь государственного языка.

Смысл для бизнеса простой: если слово спорное, вы проверяете его по нормативным источникам и фиксируете результат (ссылка/скрин/выгрузка). Это полезно в двух ситуациях: (1) вы доказываете, что русский вариант действительно “нормативен”, (2) вы обосновываете, почему иностранное слово не должно быть основным (если есть общеупотребительный русский аналог).

При этом сама “словарификация” не отменяет здравый смысл: даже если заимствование встречается в речи, это не означает, что его можно ставить на вывеску без русского эквивалента. Закон фокусируется не на лингвистической моде, а на доступности информации для потребителя.

Чем перевод отличается от транслитерации и почему “Сэйл” — обычно плохая идея?

Перевод — это передача смысла на русском (“sale” → “распродажа”), а транслитерация — передача звучания/написания (“sale” → “сэйл”). В контексте требований о приоритете русского языка транслитерация редко решает задачу доступности: потребитель всё равно должен “знать” английское слово, чтобы понять смысл.

Кроме того, транслитерация часто выглядит как попытка сохранить иностранный маркетинговый триггер, не меняя коммуникацию по сути. С точки зрения комплаенса гораздо устойчивее либо полноценная замена (“распродажа”), либо дублирование (“распродажа / sale”) с равнозначным оформлением, где русский смысловой элемент не вторичен.

Если у вас брендбук “всё латиницей”, компромиссный вариант — оставить латиницу как дубль, но русский сделать основным в тех местах, которые классифицируются как публичная информация: вывеска, табличка, навигация, базовые CTA на сайте.

Как правильно оформить иностранное слово, если оно нужно бизнесу?

Иностранный текст чаще всего допустим, если он не заменяет русский, а дублирует его или используется в рамках законных исключений (например, товарный знак). Ключевое правило — потребитель должен получать основной смысл на русском, а иностранный вариант не должен быть “главнее” визуально.

Поэтому “как правильно” — это не про вкус, а про дизайн-параметры: размер, контраст, место, читаемость. И вторая часть — про редакционную политику: какие слова допускаем, какие заменяем, какие всегда дублируем, а какие требуют юриста (например, когда слово встроено в зарегистрированный знак).

Когда достаточно дублирования на русском, а когда лучше заменить полностью?

Дублирование подходит, когда иностранное слово несёт дополнительную ценность (международная аудитория, узнаваемый формат, бренд-стиль) и при этом русский вариант легко формулируется. Пример: “Распродажа / Sale”, “Магазин / Shop”, “Открыто / Open”, “Доставка / Delivery”. Такой подход сохраняет маркетинговые паттерны, но не нарушает приоритет русского.

Полная замена предпочтительнее, когда иностранное слово — просто декоративный “маркетинговый шум” и не является ни товарным знаком, ни термином. Например, “Beauty”, “Kids”, “New collection”, “Best price” в большинстве случаев можно заменить русскими эквивалентами без потери смысла, и это упростит комплаенс на сотнях носителей.

Ещё один критерий — масштаб: если у вас тысячи страниц и десятки точек, дублирование иногда сложнее поддерживать (всегда следить за равнозначностью и идентичностью). Тогда стратегия “русский по умолчанию, иностранный только в исключениях” снижает операционные риски.

Что значит “равнозначное оформление” на практике: шрифт, размер, расположение?

“Равнозначное оформление” означает, что дублирующий текст не может быть спрятан: он должен быть сопоставим по заметности (как минимум не хуже читаемости) и располагаться так, чтобы потребитель воспринимал его как равноправную часть информации. Это прямо привязывается к принципам из 53-ФЗ и переносится в требования к публичной информации.

Практический чек:

• Русский и иностранный тексты в одной зоне внимания (не “русский внизу мелко”).
• Кегль и контраст: русский не меньше, не бледнее и не “вторым планом”.
• Содержание идентично по смыслу: нельзя “на русском одно, на английском другое”.
• Приоритет русского: если вы хотите безопаснее, делайте русский первым/крупнее, иностранный — вторым.

Эта часть особенно важна для вывесок и фасадов: именно там чаще всего встречаются “две строки, но одна декоративная”. В комплаенсе лучше считать, что декоративная строка не засчитывается как полноценный русский эквивалент.

Нужно ли переводить товарные знаки, бренды, фирменные наименования и названия компаний?

Как правило, переводить зарегистрированные товарные знаки и фирменные наименования не требуется: их можно использовать в зарегистрированном виде, включая написание на иностранном языке. Это отдельно подчёркивается в разъяснениях профильных органов.

Но на практике риск появляется на стыке: когда рядом с товарным знаком размещаются дополнительные слова (“shop”, “official”, “sale”, “beauty studio”), которые уже не являются частью зарегистрированного знака. Тогда “исключение” не покрывает всю конструкцию, и её нужно привести к правилу русского языка (замена или корректное дублирование). Поэтому бизнесу важно документально понимать, что именно зарегистрировано, а что — маркетинговая надстройка.

В каких случаях зарегистрированный товарный знак можно оставить как есть?

Если у вас действительно есть зарегистрированный товарный знак (или знак обслуживания) в определённом написании, вы вправе использовать его именно так — в том числе на латинице — без обязательного перевода “внутри знака”.

Чтобы использовать это исключение безопасно, нужны три простые практики:

1. хранить подтверждение регистрации/выписку и макет знака,
2. не “расширять” знак добавочными иностранными словами,
3. если добавки нужны — делать их по правилам: русский основной, иностранный дубль.

Если бренд международный, часто встречается ситуация “логотип на латинице” + “описание на английском”. Обычно логотип можно оставить, а описание (например, “coffee shop”, “beauty bar”, “kids club”) лучше перевести/дублировать, потому что это уже информация для потребителя, а не охраняемое обозначение.

Почему “бренд” и “коммерческое обозначение” — не одно и то же в рисках?

В разговорной речи “бренд” — это всё: название, стиль, слоган, оформление. В правоприменении же важно различать: товарный знак (формально зарегистрирован), фирменное наименование (как юридическое имя), коммерческое обозначение (как обозначение предприятия) и “маркетинговые слова вокруг”.

Риск-логика такая: чем меньше формальной фиксации (регистрации), тем слабее аргумент “я имею право оставить это на латинице”. Поэтому стратегия “пусть всё будет латиницей, потому что бренд” — часто уязвима. Гораздо устойчивее отделить юридическое исключение (знак/наименование) от информационных элементов и привести последние к требованиям русского языка.

Чем “публичная информация” отличается от рекламы и почему это важно?

Публичная информация для потребителя — это информирование в местах обслуживания и на носителях, предназначенных для доведения сведений до неопределённого круга лиц, но не реклама. Реклама же регулируется отдельными нормами и в ряде случаев имеет свои специальные требования к названиям и оформлению.

Почему это критично: одно и то же слово “Sale” на фасаде может быть трактовано как элемент информирования (“распродажа”), а в рекламном баннере — как рекламное сообщение. Если вы неправильно квалифицируете материал, вы либо переплатите за переделку “лишнего”, либо оставите риск в зоне, где надзор реагирует жёстче.

Какие материалы чаще всего признают рекламой и какие требования к языку там работают?

Чаще всего в рекламу попадают: баннеры “акция”, “скидки”, “купи”, наружная реклама, платные размещения, а также промо-коммуникации, направленные на привлечение внимания и стимулирование спроса. В таких материалах иностранные слова, как правило, тоже нельзя использовать “вместо русского” — безопаснее делать русский текст основным и, если нужно, добавлять иностранный как дубль с равнозначным оформлением.

Пограничные примеры: “название организации по месту нахождения” обычно не реклама, а информация; а вот “лучшие цены / sale / new collection” на отдельном рекламном щите — уже рекламная коммуникация. Некоторые обзоры отдельно подчёркивают этот водораздел, потому что бизнес часто путает “вывеску” и “рекламу”.

Практический подход: если носитель создан для привлечения (а не для навигации/информирования в точке) — относитесь к нему как к рекламе и сразу делайте русский основным. Так вы закрываете риск независимо от итоговой квалификации.

Правда ли, что названия жилых комплексов в рекламе нужно писать только кириллицей?

Да, для рекламы объектов строительства (в частности, названий жилых домов/жилых комплексов в рекламе) указывается более жёсткий подход: название должно быть выполнено на русском алфавите (кириллице), и в ряде разъяснений подчёркивается, что дублирование на иностранном алфавите не допускается.

Это важный отдельный кейс для девелоперов: привычный нейминг латиницей (“Siberia”, “River Park”, “Skyline”) становится риском, если он используется именно как рекламное название объекта. В таких проектах нужно заранее согласовать нейминг, бренд-архитектуру и макеты кампаний: где допустим товарный знак компании/девелопера, а где требуется кириллица для объекта.

Если вы работаете агентством, практическая рекомендация — ввести правило: любые названия ЖК/объектов в рекламных макетах проверяются отдельным чек-листом перед запуском, чтобы не переделывать наружку и медийку постфактум.

Какие штрафы и проверки возможны, и кто контролирует соблюдение требований?

Отдельной “специальной” ответственности именно за иностранные слова не вводилось, но применяется ответственность за нарушение права потребителя на информацию. На практике чаще всего фигурирует штраф по ч. 1 ст. 14.8 КоАП РФ (для должностных лиц/ИП — 500–1000 руб., для юрлиц — 5000–10 000 руб.) и возможны предупреждения.

Контроль “по потребительской” части логично связывается с Роспотребнадзором, а при квалификации материалов как рекламы появляется риск внимания антимонопольного органа. Важно понимать: даже “небольшой штраф” может стать дорогим из-за масштаба: много точек, много эпизодов, затраты на замену носителей и репутационные риски.

Какие штрафы применяют на практике и по каким статьям КоАП?

Базовый “понятный” сценарий — привлечение по ч. 1 ст. 14.8 КоАП РФ за нарушение права потребителя на получение необходимой и достоверной информации. В обзорах и разъяснениях обычно приводят вилку: 500–1000 руб. для должностных лиц/ИП и 5000–10 000 руб. для юрлиц, иногда с упоминанием предупреждения как альтернативы.

Но бизнес-риск не в сумме одной санкции, а в возможной множественности: “каждая вывеска/табличка/точка/материал” может стать отдельным эпизодом, а устранение нарушений потребует перепечатки, монтажа и правок сайта. Плюс есть косвенные риски: жалобы потребителей, предписания, необходимость быстро доказывать, что слово — часть товарного знака.

Если коммуникация квалифицируется как реклама и нарушает требования к рекламе, финансовые последствия могут быть выше, чем “потребительский” штраф — поэтому правильная классификация материалов (информация vs реклама) экономит деньги.

Как бизнесу подготовиться к проверке: доказательства, фото, скриншоты, регламенты?

Подготовка — это не “переписать слова”, а создать доказуемую систему:

• Инвентаризация носителей (фото фасадов, табличек, меню; список страниц/шаблонов на сайте).
• Архив до/после: фото и скриншоты с датами, макеты, версии страниц.
• Обоснование исключений: документы по товарным знакам, описание правил использования логотипа.
• Регламент: кто утверждает тексты, как проверяются макеты, как запускаются изменения на сайте.

Эта система помогает в двух случаях: (1) вы быстро устраняете нарушения, (2) вы снижаете риск повторения, когда новый маркетолог снова делает “Sale” на баннере. И главное — вы не зависите от “памяти команды”: правило становится процессом.

Как подготовить бизнес, сайт и вывески к требованиям: пошаговый план и чек-лист

Оптимальная подготовка — это короткий проект в 3 слоя: (1) быстро закрыть самые видимые риски (вывески/таблички/ключевые страницы), (2) стандартизировать решения (шаблоны, словарь замен), (3) закрепить контроль (регламент и автоматическая проверка). Так вы тратите меньше и получаете устойчивое соответствие.

Ниже — практический план, который подходит и для малого бизнеса, и для сети. Он специально построен так, чтобы сначала убрать “самое опасное и публичное”, а потом уже заниматься тонкими случаями вроде брендбуков и сложных интерфейсов.

С чего начать аудит: карта носителей, приоритеты, быстрые правки за 1–2 дня

Быстрый старт состоит из пяти действий:

1. Список офлайн-носителей: фасад, витрина, входная группа, режим работы, навигация внутри, меню/прайс, ценники, стойки.
2. Список онлайн-носителей: главная, услуги/каталог, доставка/оплата, контакты, кнопки CTA, баннеры, меню сайта, футер.
3. Маркировка риска: красная зона — иностранный текст без русского (или русский явно вторичен); жёлтая — русский есть, но сомнительно оформлен; зелёная — русский основной, иностранный дубль/исключение.
4. Словарь замен: 30–100 типовых слов (sale, shop, open, delivery, new, best, price, kids, beauty) с русскими эквивалентами.
5. Пакет быстрых исправлений: заменить/дублировать слова на ключевых носителях и страницах, где это влияет на восприятие потребителя.

Если бизнес сетевой, приоритет всегда у “массового шаблона”: один макет таблички “Open/Closed”, один шаблон меню, один шаблон баннера, один набор UI-строк на сайте. Правка “вручную на каждой точке” почти всегда дороже и менее надёжна.

И отдельный лайфхак комплаенса: выносите “международные” слова в слой дубля (ниже/рядом), а смысловой русский слой делайте первым. Это даёт вам запас прочности даже если кто-то будет спорить о равнозначности.

Как закрепить процесс, чтобы проблема не возвращалась: политика слов, шаблоны, контроль публикаций

Чтобы не получить “вечный ремонт”, закрепите три вещи:

• Политика слов: список разрешённых заимствований/терминов + список обязательных замен + правила дублирования.
• Шаблоны: для вывесок/табличек/меню/баннеров/страниц сайта, чтобы дизайнеры и подрядчики не изобретали заново.
• Контроль: чек-лист перед печатью и перед публикацией на сайте, плюс периодический мониторинг (особенно после редизайна/акций/сезонов распродаж).

Если у вас большой сайт, выгоднее внедрить автоматическую проверку (сканер страниц, который подсвечивает латиницу/иностранные слова в видимых блоках). Это снижает человеческий фактор: маркетолог запускает акцию — система сразу показывает, что на баннере “Sale” без “Распродажа”.

И последнее: разделяйте роли. Маркетинг отвечает за смыслы и конверсию, юрист/комплаенс — за правила, дизайнер — за равнозначность оформления, а владелец продукта/сайта — за то, чтобы всё это реально внедрялось.