Сражение на передовой

Главный врач Смоленской клинической больницы №1 — о работе инфекционного госпиталя в Смоленске, «президентских» выплатах медикам и самоотверженности врачей

Пандемия коронавируса, которая охватила буквально весь мир, стала своеобразной войной с невидимым врагом. Каждый день мы следим за сводками о заболевших, умерших, выздоровевших. В Смоленске на передовой в этом сражении оказалась Клиническая больница №1, на базе которой был развернут инфекционный госпиталь. А новыми героями в этой войне стали медики. Врачи, медсестры, санитарки и многие другие, кто каждый день спасает десятки жизней.

О том, что сейчас происходит за стенами медицинского учреждения, в интервью журналу «О чём говорит Смоленск» рассказывает главный врач больницы Сергей Крюковский.

— Сергей Борисович, как для вас вся эта история с коронавирусом начиналась? Было ли учреждение готово к «схватке» с новой инфекцией?

— Еще 31 января было подписано постановление Правительства РФ, согласно которому новая коронавирусная инфекция была отнесена к группе особо опасных. Сразу же после этого мы стали действовать. В частности, один из наших корпусов был специально подготовлен для того, чтобы изолировать пациентов, которые приезжают из–за рубежа, проводить соответствующие обследования, и, по необходимости, лечение заболевших.

Далее, по мере развития ситуации и после начала распространения коронавирусной инфекции уже в России, с 1 апреля у нас начал функционировать временный инфекционный госпиталь. С этого момента на нашу больницу и легла максимальная нагрузка. Мы оперативно развернули 467 коек, экстренно они дооснащались кислородной подводкой. Кроме того, у нас есть 24 концентратора кислорода, которые также позволяют оказывать помощь пациентам с внебольничными пневмониями и с COVID–19.

На данный момент из 6 корпусов больницы в лечении таких больных задействованы 5: 2 инфекционных, терапевтический, хирургический и бывший акушерский. Только Перинатальный центр напрямую не относится к лечению коронавирусной инфекции.

Также хочу добавить, что при возникновении острой необходимости мы можем увеличить количество коек.

Есть ли сейчас в больнице дефицит аппаратов ИВЛ и средств индивидуальной защиты для медиков?

Все корпуса оснащены необходимым оборудованием.У нас достаточное количество аппаратов искусственной вентиляции легких, также имеется запас лекарственных препаратов и расходных материалов, чтобы оказывать помощь пациентам с внебольничными пневмониями и новой коронавирусной инфекцией. Есть необходимое количество средств индивидуальной защиты. По крайней мере, все работники, которые взаимодействуют с коронавирусными больными, одеты в защитные костюмы, у них есть очки, респираторы, перчатки и т.п.

Ходят слухи, что якобы у вас больные лежат в коридорах, мест нет, помощь им необходимую не оказывают. Можете это как–то прокомментировать?

Это неправда. Как я уже говорил, у нас есть возможность расширить коечный фонд. Но пока нам достаточно мест для поступающих больных. Также в регионе начали работу еще несколько отделений, которые рассчитаны на лечение внебольничных инфекций: в КБСМП города Смоленска, Ярцевской ЦРБ, Вяземской ЦРБ и Рославльской ЦРБ. Поэтому при правильной маршрутизации у нас дефицита мест нет. В основном к нам поступают пациенты уже с тяжелыми формами заболевания.

В социальных сетях накануне майских праздников появились фотографии вереницы машин скорой помощи, которые стояли в очередь на ваш санпропускник. С чем это было связано?

— Тогда прибыло сразу несколько машин, а осмотр в санпропускнике занимает достаточно много времени. Врач ведь не только обследует пациента, он беседует с ним, измеряет температуру. По стандартам коронавирусных учреждений, у больного также замеряется насыщаемость крови кислородом, кроме этого, обязательно проводится компьютерная томография. Этот метод считается самым эффективным для оценки степени повреждения легких и для постановки предварительного диагноза. Затем пациенту делают тест на коронавирус. Все это, конечно, происходит не быстро. Наши корпуса разобщены, нет внутренних переходов внутри, которые могли бы сэкономить время.

Но главное в данной ситуации, что те машины скорой помощи не только привозили пациентов, но и забирали выздоровевших. Доставка пациентов, которые проходили лечение от коронавирусной инфекции, осуществляется только санитарным транспортом. Поэтому за пациентами из Вязьмы, Темкино, Угры и других районов приезжали автомобили скорой помощи из этих районов и забирали их домой. Все это делается для предотвращения распространения коронавирусной инфекции.

Какова сейчас динамика заболеваемости коронавирусом? Можно ли говорить, что Смоленск выходит на плато?

— Пока трудно об этом судить. Многие обращаются за медицинской помощью даже без особых на то показаний. Люди перестраховываются, и, наверное, это правильно. Но в целом ситуация стабильная. Сколько мы людей выписываем, примерно столько же и поступает на освободившиеся места. Значительного роста нет.

Не могу не спросить про «президентские» выплаты медработникам. Шли обсуждения, что не все медработники их получили. Даже по поручению губернатора Островского проводилась проверка. Как у вас с этим обстоят дела?

— В настоящий момент выплаты медработникам осуществляются на основании трех постановлений. Первое — постановление Правительства №415 от 2 апреля. Оно более широкое и подразумевает выплаты не только тем, кто работает с коронавирусной инфекцией, но и с риском инфицирования. Например, с внебольничными пневмониями, которые также представляют опасность. По нему оплата производится пропорционально отработанному времени. У нас такую выплату получили 396 человек.

Также есть постановление Правительства №484, на основании него выплата уже фиксированная, не зависящая от отработанного времени. Она положена тем, кто непосредственно работает с больными коронавирусом.

По постановлению губернатора Смоленской области Алексея Островского выплаты получили те категории работников, которые не попали под постановления Правительства РФ. Это врачи и средний медперсонал лабораторной диагностики, патологоанатомическая служба, водители скорых, а также немедицинский персонал: буфетчицы, кастелянши, уборщики служебных помещений.

— Простимулировало ли это как–то сотрудников больницы?

Конечно. Сначала, наверное, у людей были сомнения, что они действительно получат такие большие выплаты. А когда уже деньги пришли, то безусловно, все были очень довольны.

На вашей больнице лежит огромная ответственность, и на вас лично как её руководителе. Как вы справляетесь с этим давлением?

Мне кажется, что все–таки максимальная ответственность и стрессовое состояние не у руководителя, а у наших медиков, которые ежедневно оказывают помощь пациентам. Сейчас все корпуса поделены на зоны: на так называемую «чистую» и «горячую» (или «красную»). Каждый день для наших работников начинается с анамнеза их состояния, проводится измерение температуры. Далее они изучают медицинскую документацию на всех пациентов, которая находится в «чистой» зоне, только после этого они переодеваются в защитные костюмы и отправляются в «горячую» зону.

Там они уже непосредственно контактируют с пациентами, проводят их обследование, делают назначения. Потом они возвращаются в «чистую» зону, чтобы сделать необходимые записи в истории болезни. Такую процедуру врач должен сделать минимум дважды в день. Затем дежурные медики также осуществляют взаимодействие с пациентами, но уже в вечернее и ночное время. Поэтому я уверенно могу сказать, что самая сильная нагрузка приходится именно на медицинский персонал.

Ваша основная специализация — это акушерство и гинекология. Нет ли у вас в связи с этим трудностей при управлении инфекционным госпиталем?

В первую очередь, у меня большой практический опыт. Как акушеру–гинекологу мне приходилось сталкиваться практически со всеми нозологическими формами: хирургия, терапия, инфекционные патологии. А когда я уже стал руководителем больницы, то возникла необходимость ознакомиться со всеми аспектами ее работы. Я, конечно, не владею всеми навыками на уровне врача–инфекциониста. Но, по крайней мере, я достаточно компетентен в любой специальности, которая имеется в нашем лечебном учреждении.

Кроме того, все наши медработники — врачи и медсестры, прошли 36–часовой курс обучения по новой коронавирусной инфекции. Поэтому весь персонал больницы ориентируется в данной патологии, знает, как ее диагностировать, какие обследования необходимо проводить и как лечить пациентов с этим заболеванием.

Не боитесь ли вы заразиться коронавирусом?

— Нужно соблюдать противоэпидемические правила, чтобы не заразиться. Это касается любого медицинского работника. Как только я выхожу из кабинета, то сразу надеваю маску, если я иду в «горячую» зону, то обязательно надеваю защитный костюм и другие средства индивидуальной защиты(СИЗы). Также после снятия СИЗов необходимо провести профилактические процедуры, чтобы избежать заражения.

Почему–то многие думают, что можно легко заразиться в больнице. А вот практика показывает, что чаще всего инфицирование происходит в повседневной жизни. Когда люди, например, заходят в магазины, не надевая маску, перчатки, не обрабатывают руки дезинфицирующими средствами. Такое безответственное поведение гораздо более опасно. В больнице же все соблюдают максимальную осторожность, понимая все риски.

— Считаете ли вы что, ношение масок может предотвратить заражение? Есть множество скептиков, называющих эти меры неэффективными.

Я с такими людьми в корне не согласен. Есть ряд исследований, доказывающих, что ношение масок как больными, так и здоровыми людьми существенно снижает риск распространения инфекции. Единственное, необходимо довольно часто менять маски. В инфекционной среде допускается ношение одной маски не более 2 часов.

Есть ли у вас какие–то рекомендации для профилактики заражения коронавирусной инфекцией?

— В первую очередь, соблюдение санэпидрежима. Соблюдение мер по собственной безопасности: самоизоляция, отсутствие контактов с окружающими. Есть, конечно, и специфическая профилактика. Существует методика по использованию противомалярийных препаратов для этих целей. Но у них есть свои противопоказания, поэтому я не стал бы их всем рекомендовать.

Лимон с имбирем не помогает?

К сожалению, все эти народные средства — лимон, мед, имбирь, чеснок — не защитят вас от заражения коронавирусной инфекцией.

— Можете ли вы сделать свой личный прогноз, сколько еще будет сохраняться такая эпидемическая ситуация?

Мировая практика показывает, что должно идти снижение заболеваемости коронавирусной инфекцией. В Российской Федерации уже тоже можно говорить о постепенном выходе на плато. Также иммунный статус человека изменяется. Вирус приспосабливается под человека, и мы учимся с ним бороться.

Сейчас по всему миру, в том числе и в нашей стране, проводятся испытания вакцин. Кроме этого, наш регион оказался одним из 17 субъектов, в котором проводилось исследование экспериментального противовирусного препарата. Могу сказать, что эффект воздействия на начальных стадиях заболевания коронавирусом очень хороший. В связи с этим, есть все основания надеяться, что нам удастся справиться с этой болезнью.

беседовала Ия Ястребкова

Читайте также: Елена Меркушева: «Самый сложный период был в начале апреля». Заместитель главврача «Красного креста» — о пациентах с коронавирусом, 12–часовом режиме работы докторов и будущем человечества с COVID–2019

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите CTRL+ENTER
Мы будем Вам благодарны!

336349336349






Комментировать

Войти с помощью: 



Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: