Любимые женщины губернатора Островского

«Кому-то мой ответ не понравится, но он на сто процентов будет честный». Откровенное интервью Алексея Островского

Губернатор Смоленской области Алексей Островский рассказал в интервью журналисту Елене Василенковой и зрителям телеканала «Регион 67» о главных женщинах в своей жизни: как он познакомился с будущей супругой, почему не занимается воспитанием собственных дочерей и какое незыблемое разделение обязанностей в его семье продолжается уже больше двадцати лет.

 

— Алексей Владимирович, у нас сегодня с вами необычное интервью, и дело не в том, что мы проводим его в таких дорожных условиях — во время короткого переезда с важной встречи на важное совещание, потому что при вашей загруженности это вполне естественно. Но необычно оно, наверное, тем, что поговорить мы хотим о личном, о женщинах в вашей жизни, о тех, кто вас окружает — о вашей семье. Говорят, что мама главный человек в жизни каждого из нас. Какое самое главное воспоминание или, может быть, самый главный совет, который дала вам в жизни мама?

— Я с вами, Лена, полностью согласен. Для любого человека мама — самый главный в жизни человек. Я уверен в этом. Нет у каждого человека никого, кто его любит больше в жизни, чем мама. С мамой можно ругаться, можно не соглашаться, можно спорить, можно в чем-то быть ею недовольным, как и она своим ребёнком. Но то, что она как минимум на основании просто инстинкта любит своего ребёнка больше всех в жизни — это точно.

Вы знаете, я очень рано стал взрослым. Когда мне было 12 лет, умер отец, я практически сразу пошёл работать. Сначала подрабатывал, чтобы какую-то копейку домой приносить. И, кстати, все деньги первые, которые я зарабатывал, я полностью отдавал маме. Потом я уже в 15-16 лет работал профессионально, совмещая со школой, мотался по стране, занимался журналистикой. Поэтому у меня детство закончилось очень быстро, и поэтому такая вот связь с мамой, как с человеком, кто в детстве направляет, даёт какие-то советы, она объективно прервалась у меня очень рано.

Я помню своё детство, помню, что с мамой мы ездили летом иногда куда-то вдвоём отдыхать, и вот это, наверное, самое трогательное воспоминание, которое у меня связано с моей мамой. Сейчас видимся, к сожалению, по объективным причинам, где-то субъективным очень-очень редко. Во-первых, мы живём в двух разных регионах, а во-вторых, даже когда я бываю в Москве у меня все моё время занято работой, и к маме стараюсь заскочить, но не всегда это получается.

 

— Но вы же объективно счастливый человек. Вас окружают чудесные, умные, талантливые женщины — это ещё и супруга, и ваши чудесные девочки. А как вы познакомились с супругой? Вы помните этот момент? Чем вас зацепила именно эта девушка?

— Вы знаете, я сначала о другом отвечу вам, Елена. Периодически в силу своей профессиональной деятельности сталкиваясь с людьми с ограниченными физическими возможностями, с людьми, которые столкнулись с какими-то тяжёлыми болезнями и которые в этой связи испытывают очень серьёзные жизненные сложности и трудности, я любого человека, кто здоров, уже считаю счастливым человеком. Потому что мы не до конца понимаем, насколько мы счастливы, только потому что мы здоровы и полноценны.

Что касается моей семьи, жены, трёх дочек — да, мне очень повезло и с женой, и с дочерьми. Жена у меня очень мудрый человек, умный очень человек, помимо того, что просто красивая и желанная женщина, и дети умные, где-то даже не по возрасту, ранние, что называется, как обычно это среди людей говорят.

С женой я познакомился 22 года назад. И как это ни странно, я познакомился 1 января, в первый день года. Просто потому что в компании её брата мы отмечали новогоднюю ночь, встречали Новый год, а на следующий день моя будущая на тот момент жена вернулась домой из того места, где она встречала Новый год, и мы познакомились. И вот с 1 января 1997 года мы уже вместе, и в принципе я наш союз отсчитываю именно от этого дня, а не от дня регистрации отношений в ЗАГСе, или от дня венчания — это все уже вторично.

 

— Ну, это такой новогодний подарок, подарок судьбы, можно считать.

— Да.

 

— У вас в связи с этим не появилось какой-нибудь семейной традиции — вот именно 1 января что-то делать особенное для жены?

— Вы знаете, есть традиция, не всегда получается её соблюдать, к сожалению. Это когда 1 января вечером большинство семей продолжает встречать Новый год, а у нас уже как бы тоже ужин, когда-то вдвоём с женой, когда-то с детьми семейный ужин, но он уже именно посвящён тому, что в каком-то году, начиная отсчёт от того года, когда мы встречаем первое января, мы друг друга встретили.

 

— 22 года — это очень серьёзный срок, я считаю, и в чем секрет вашего семейного счастья, вашего крепкого семейного союза?

— Ну, первое, это, конечно, в любви. Второе — в мудрости. Конечно, часто бываю не прав я, часто бывает не права жена, но умение находить в себе силы сделать первый шаг, признаться в каком-то своём ошибочном действии или суждении — это дорогого стоит.

Нескромно будет сказать, но жена постоянно говорит, что научилась этому у меня. Раньше, в первые годы нашей совместной жизни, а мы практически сразу начали жить вместе после того, как встретили друг друга, жена могла по нескольку дней, неделю злиться, не разговаривать, не искать компромисса, не искать возможности примирения, а я, наоборот, человек такой — я не люблю быть в ссоре.

И для меня, даже когда понимаю, что я прав, признать собственную ошибку, которую я не совершал, сказать: «Да, я был не прав, давай забудем, проедем уже эту ситуацию» — для меня это не сложно, и, вы знаете, есть такая мудрость, только я её скажу, Лена, своими словами: если хочешь разорвать отношения, то тогда, конечно, никогда не нужно делать первый шаг, потому что это будет проявлением слабости. А если цель, наоборот, сохранить то, что имеешь, то тогда не зазорно делать первый шаг даже тогда, когда ты его делать не должен, а должна делать его твоя половина. Но зато это возможность сохранить отношения, сохранить семью. Вот в последние годы жена этому научилась, и где-то в разговорах с родственниками, друзьями меня благодарит за это.

 

— То есть, вы теперь оба делаете шаги навстречу друг к другу.

— Стараемся. Не всегда, как в любой семье, не всегда это получается, не в ста процентов случаев, но в подавляющем большинстве делаем именно так.

 

— Когда в те нечастые дни, мы прекрасно понимаем, сколько государственная служба отнимает времени и забот, вот вы дома берете на себя часть каких-то обязанностей, которые исполняет супруга? Помогаете в чем-то?

— Первое, действительно работа съедает процентов 85, а то и 90 всего моего времени, если исключить время сна, да и сон не сильно длинный по времени. Вы знаете, первое, иногда вдвоём, но очень часто я один хожу в продуктовые магазины, покупаю продукты. Так почему-то традиционно сложилось, что большую часть времени в химчистку сдавать одежду на чистку или в ремонт тоже езжу я.

Я люблю очень готовить, но, к сожалению, это вообще единичные случаи, потому что времени ну абсолютно нет, даже выходные дни у меня, как правило, связаны с работой, с теми встречами, которые я не могу провести в течение рабочей недели, в течение рабочего дня по объективным причинам. Вот основные, наверное: поход по магазинам, какие-то бытовые вещи тоже решаю. У нас нет разделения, что это делает только жена, это — делает только муж. У нас разделение только в одном, оно принципиальное, для меня оно очень существенное: я зарабатываю деньги, жена занимается воспитанием наших детей.

Это была моя принципиальная моя позиция, и слово «условие», наверно, неподходящее, но где-то около этого, что жена должна заниматься домом и воспитанием детей, потому что ни няня, ни детский сад, ни школа не даст столько воспитания ребёнку, сколько может дать семья, мама. Поэтому вот в этом разделение есть, у меня, к сожалению, нет абсолютно времени заниматься воспитанием детей. Более того, жена категорический противник того, чтобы я это делал.

 

— Почему?

— Потому что дети меня не видят вообще, ну практически вообще не видят. Это не для красного словца сказано, и если я буду заниматься их воспитанием, в то время, когда они меня видят, а что такое воспитание? Воспитание — это всегда понуждение ребёнка к чему то, что ему не нравится. Вот то, что ты видишь, что сделал твой ребёнок не так, ты ему начинаешь говорить, так нельзя, нужно по-другому, у него это вызывает обратную реакцию, поэтому жена моя против, потому что она говорит, если они ещё будут тебя видеть так редко и ещё с негативом, то тогда ничего хорошего для тебя, то есть для меня, это не даст.

Я с этим согласен. Более того, я очень рад, что у нас три девочки. Опять же, объясню, почему. В моем понимании, хотя кто-то может думать совершенно иначе, в моем понимании отец девочку должен только любить, а воспитывать должна мама, а мальчика должен воспитывать отец. Поэтому, если бы у нас с женой родился мальчик, без моей возможности его воспитать при маме, при сёстрах, при двух бабушках — кто бы вырос из этого мальчика?.. Я так и с иронией говорю, и серьёзно. Поэтому спасибо Господу, что давал нам все время девочек, хотя сейчас я очень хочу, чтобы Господь дал ещё и четвёртого ребенка, всё-таки сына.

 

— Трое детей, вы многодетный отец, это большое счастье, большая ответственность, в том числе. Вы осознанно пришли к этому, к многодетной семье, к большой семье вместе с супругой?

— Вы знаете, Лена, мы когда познакомились с женой, буквально в первые недели начала отношений мы поняли, что мы абсолютно идентичны в том, что мы хотим полноценную счастливую семью, как минимум с двумя детьми. И в каких-то её детских мечтаниях о семье и в моих полноценная счастливая семья воспринималась как папа, мама и двое детей.

Когда родилось двое, мы поняли, что хотим больше детей, и благодарны Богу, что дал третьего ребёнка. Сейчас я очень хочу ребёнка, жена тоже хочет, но уже боится, поскольку считает, что у неё такой возраст, который может стать определенным барьером для деторождения. Я так не считаю, и сейчас мы с ней постоянно ведём дискуссию по этому поводу.

 

— Ну я надеюсь, вы переубедите.

— Надеюсь.

 

— Алексей Владимирович, а девочки ваши чудесные, разные возрасты. Какая из них на вас больше похожа, по характеру, по темпераменту?

— Лен, вы знаете, не потому что мне так хочется, а потому что это действительно так: каждая похожа чем-то своим и на меня и на мать. Все мы понимаем, почему наши дети на нас похожи визуально, внешне, но откуда берутся какие-то вот вещи, которые присуще родителям изнутри, по характеру ребёнка, сложно понять.
Каждая в чем-то своём похожа на меня, в чем-то своём на маму.

Мама моя рано стала вдовой, в 1988 году умер отец, я в пятом классе учился, и больше она замуж не вышла. И до сих пор, когда я как-то там рукой проведу или выражение лица сделаю, или как-то повернусь, она мне говорит: слушай, ну это просто копия, как делал отец. И у моих детей тоже, да и у всех это так, и настолько это удивительно и интересно.

 

— Это правда. Время у нас заканчивается, очень хотелось бы узнать, Алексей Владимирович, кто же всё-таки главная женщина в вашей жизни?

— Знаете, наверное, смолянки меня не поймут. И многим, а может быть большинству, мой ответ не понравится. Но он на сто процентов будет честный. Многие бы женщины, смолянки сказали бы «вот какой молодец», если бы я сказал: главная женщина в моей жизни — это мама. Другие бы сказали «молодец» если бы я сказал, что главное — это жена. А у меня главная женщина в моей жизни — это работа. И то только потому, что она женского рода.

Я трудоголик, вся моя жизнь посвящена моей работе. В этом в чем-то есть и плюсы для семьи, родных, в чем-то скорее больше и минусы. А по степени любви — это, к сожалению, давно уже ушедшая из жизни бабушка.

 

— Спасибо вам большое за интервью и особенно больше спасибо за искренность и откровенность.

— Спасибо большое.

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите CTRL+ENTER
Мы будем Вам благодарны!

276577276577






Комментировать

 



Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: